Стихи про Змея Горыныча

Детишек мной порой пугаете

Детишек мной порой пугаете,
Хотя меня совсем не знаете…
Да… страшный я и трехголовый,
Большой и толстый. Что ж такого?
Три головы — мое проклятие,
Фольклорных сказок я — исчадие,
Но милый я и добродушный,
Хоть неказистый я наружно.
Прошу немного понимания:
Устал от вечного скитания,
Немного хочется покоя,
Хочу побыть самим собою,
Хочу в лугах играть с ромашками,
Хочу возиться с первоклашками
И зажигать огни ночные,
Как в небе звезды золотые.
Один приятель мой, Добрынюшка,
Зовет меня всегда Горынюшка,
Лишь он один со мною ласков,
И с ним не жизнь, а просто сказка.
Но он делами занят ратными,
Его видал неоднократно я
С мечом в руках на поле битвы —
Враги в округе все разбиты!
И потому никак не кончится
Моя тоска от одиночества.
Яга мне сыплет в раны солью —
На всей земле один такой я…

Ольховик Е.

Змей Горыныч — зверь ужасный

Змей Горыныч — зверь ужасный,
Трёхголовый и опасный:
Дым клубится из ушей,
Пламя пышет из ноздрей,
Когти медные блестят,
На хвостах шипы торчат.
Сам несётся — без коня,
Чешуя его — броня,
Затмевает белый свет,
Тучи вьются ему вслед.
Царство Змея — под землёй,
Там стоит и стон, и вой.
Тужат воины, девицы
На цепях в его темнице.
На горе он свил гнездо,
В нём змеёнышей полно…
Всё про Змея знаю я.
Это — сказки для меня.
Змей Горыныч мне не страшен,
Я его сейчас докрашу
И пойду во двор играть,
Змея в небо запускать…
Змей Горыныч — славный змей!
Ну, лети же вверх скорей!

Зубаненко Лариса

Иван-Дурак в лесу гулял

Иван-Дурак в лесу гулял,
В бору дремучем заблудился.
Дорогу к дому потерял,
Вдруг Змей Горыныч появился.
Тропинок нет, бежать куда?
От страха голос потерялся.
Куда не глянь кругом беда
И мысль мелькнула: «Догулялся!»
Змей пасть раззявил и рычит:
«Несёт откуда русским духом?!»
Иван в ответ едва сипит:
«Чего орёшь над самым ухом…»
Тут Змей Горыныч замолчал,
Три головы переглянулись.
Сказали дружно: «Вот нахал!»
И очень странно облизнулись.
Увидев это Ванька сник,
Дошло до парня: могут скушать.
«Горыныч, стой! Вопрос возник,
Изволишь ты меня послушать?».
Змей важно молвил: «Лепечи…»
Видать, решил поизгаляться.
Ивану страшно, хоть кричи,
Но раз сказал, куда деваться?
«Трёхглавый ты, права молва,
Хочу спросить, не удивляйся.
Мудрей какая голова?
Скажи мне правду, не стесняйся…»
У всех голов открылись рты —
Кто хочет в дурости признаться.
Мозгов с кулак, глаза пусты
И меж собой пошли брехаться.
Для Змей Горыныча вопрос
Загадкой сложной оказался.
Три головы пошли вразнос,
И под шумок Иван смотался…

Алексант

Морковь с огородов

Морковь с огородов
Он тырил, но все же
Попался Добрыне…
Сказал тот «Не гоже!»
С тех пор лучшим другом
Ему стал Никитич.
Дракона каждый знает
Зовут Змей Горыныч.

Среди скал и камней в запустелом краю

Среди скал и камней в запустелом краю,
Где ни трав, ни зверей — лишь обломки костей,
От пришельцев храня и пещеру свою,
И родник свой — кровавую злую струю —
Жил трехглавый чешуйчатый змей.

Хвост у Змея — кистень, вместо сердца — дыра,
И на пальцах — мечей десять вместо когтей.
Но пуста в бессердечье пещера-нора,
И в тоске по душе своей комкал ветра
И живых жрал неистовый Змей.

В крыльях черных теней он взлетал над горой,
Привечал он гостей пламенами ноздрей,
И когда меж веков находился порой
С закаленным мечом богатырь удалой —
Побеждал его яростный змей.

Вот и все. Нет мертвей тех врагов, что мертвы,
Только чувствует Змей: сам, хоть жив, — не живей.
Вновь оплавленных скал застывали черты…
Несся горестный вой за стеной пустоты —
Это выл в одиночестве Змей.

Санди Зырянова

У Горыныча проблема

У Горыныча проблема:
Засорилась вся труба —
Сажей обчихал полнеба,
Дышит дымом — нет огня!

И с таким своим несчастьем
Обратился он к врачу.
Врач сердито заругался,
Не полезу, мол, в трубу.

Тут бы надо трубочиста
Со щёткой-ёршиком в руке,
Или, может быть, дантиста.
Мог бы он помочь тебе.

Облетел Горыныч город;
Рассмешил честной народ:
«Нам тепло от батареи,
Где найдёшь ты дымоход!?

Трубочист уже не в моде.
Если б вам водопровод,
Слесарь есть, он отопленье
Проведёт в большой живот».

Врач-дантист сказал с укором:
«Как запущены клыки!
С огоньком бросайте! Словом,
Сажей больше не дыми!».

У Горыныча расстройство.
Чем разить теперь врага?
Из оружия осталась
Только палка-кочерга.

Дергачев Геннадий

У Змея Горыныча

У Змея Горыныча
С мыслями туго —
Все три головы
Поругались друг с другом.
А чтобы подумать
Об умных вещах,
Согласие надо иметь
В головах.

Жуков И.

У Змея Горыныча

У Змея Горыныча
Три голоВЫ —
И нужно к нему
Обращаться на ВЫ.

Андрей Усачёв

Удавили Змей Горыныча

Удавили Змей Горыныча,
Во тугих во трёх петлях.
Как же делать было иначе?
Змей уж старый — весь в соплях.

Жизнь его вполне удАлася —
Всласть пожрал богатырей.
А которыми срыгАлося,
Тех ожёг до волдырей.

Лет уж сто ему, с полтиною,
И вот Муромский Илья,
Лупит ирода дубиною,
Не забавы, смерти для.

Уходили! Везут в склепеще,
Но вселенский циркуляр,
Пустоты во зле не терпящий,
Шлёт нам свежий экземпляр.

От него глядишь избавились,
Новый предыдущих злей.
Мы и с прошлым то намаялись,
А сей свежих киселей!

Мораль!
С добра — добра не ищут!
И коль злодей тихонько мрёт,
Пусть лучше он коптит и дрищщет,
Чем кто-то свежий нас сожрёт…

Ионов Вадим

Хотите открою ужасную тайну?

Хотите открою ужасную тайну?
Быть Змеем Горынычем — очень печально!
Ни дети, ни мышки, ни зайцы, ни птицы —
Никто не желает со Змеем водиться…
Но разве несчастный дракон виноват,
Что он трехголов и чуть-чуть страшноват,
А дети и мышки, и птички и зайцы
Не знают, что Змея не нужно бояться?
Горюет Горыныч в тоске и печали,
Поэтому Змея «Горыныч» прозвали

Ярмолинский Леонид

Я — Змей-Горыныч. Который в книжке

Я — Змей-Горыныч. Который в книжке.
Дракон трехглавый. Внушаю страх.
Но жутко развитые детишки
В меня не верят уже в яслях.

Звезда моя догорит, мерцая:
Не Superstar я, не Джек-потрошитель.
К тому же боюсь меча-кладенца я,
Еще страшнее — огнетушитель.

Зверьки обижают — меня, дракона! —
Хамят, грубят, не пускают в лес.
Намедни ёж обозвал вороной,
Му-ти-ро-вавшей возле АЭС.

А те же лисы… Вредней шакалов!
Ни дня единого, чтоб без стресса!
А если дунуть огнем в нахалов —
Пожарник пеной зальет пол-леса.

Лесок, конечно, весьма отвратный,
Но мне везде бы жилось непросто:
Дракон я мало-увы! — форматный,
Во мне пятьдесят сантиметров роста.

Такой вот как бы каприз природы…
А впрочем, все мы чуть-чуть уроды!..

Журавлёв Алексей

102